Черная ведьма желает познакомиться  - Марина Ефиминюк

– Проклясть? – еще раз вымолвила я. Он быстренько замотал головой и уточнил:

– Сколько?

– Чего?

– Золотых сколько заплатить, чтобы вы, госпожа ведьма, никого не сожгли?

– Ох, просто уйди с дороги, колченогий! – буркнула я, а когда выходила из темной, как нора, таверны на оглушительно-солнечную улицу, то услышала за спиной грохот и болезненный вопль. Оглянулась через плечо. Под подавальщиком провалилась трухлявая доска, и он застрял по колено в полу.

Из-за неведомой дряни чувствовала я себя больной и отчаянно жалела, что отпустила домашнюю карету. Пришлось искать извозчика. К тому времени, как мы выехали из городка, у меня началась нешуточная лихорадка. Черные ведьмы почти не страдали человеческими болезнями (разве что расстройством живота да сумасшествием, и иногда первое доводило до второго). Только яды делали нас беспомощными, даже колдовской дар исчезал на пару суток: никаких проклятий, защитных или маскирующих амулетов, полное обнажение перед миром. Гадость, какой меня обдал Барнс, точно была отравой!

Карету трясло на ухабах, у меня к горлу подступал тошнотворный комок. Откинувшись на жесткую спинку лавки, я прикрыла глаза. В голове точно бы играл оркестр, мелькали неясные образы. Виделся обнаженный по пояс Уильям с топором и большая черная ворона, сидящая на крыше низкой, вросшей в землю избушки.

Я поняла, что задремала, когда экипаж остановился. От жара и духоты, царившей в салоне, плотное платье прилипло к спине. На лбу выступила испарина. Перед глазами плыло. Я выглянула в окошко и обнаружила, что вокруг был густой лес. Землю заполонили папоротники и колючие кустарники. Солнце с трудом пробивалось через переплетенные густые кроны деревьев. Стояла хрупкая тишина, разве что где-то в гуще куковала плаксивая кукушка.

– Уважаемый, вы не знаете дорогу в Кросфильд? – Я встала коленями на деревянную скамью и отодвинула решетчатую заслонку. Возницы на козлах не оказалось. Даже подумалось, что он завез меня в лес и бросил, но дверь кареты вдруг резко распахнулась. Извозчик разглядывал меня сальным взглядом снизу вверх. Лицо его лоснилось от пота, по вискам текло, взмокла рубашка. Пахло от душегуба, как от дикого кабана.

– Приехали? – вздохнула я, стараясь не выдать ни жестом, ни голосом, как в действительности паршиво себя чувствовала, а потом полюбопытствовала, хотя ответ был очевиден: – Вы меня убить и снасильничать хотите по велению сердца или наняли?

Наемник шмыгнул носом. Похоже, он не догадывался, во что ввязывался.

– Дорогой мой, – спокойно продолжила я, – у вас есть последний шанс уйти, а еще лучше отработайте заплаченные деньги и отвезите меня в поместье.

Вообще, люди – странные существа. Ведь я всегда им непрозрачно намекаю, что лучше сбежать, и ведь никогда не слышат!

С медвежьим рыком убийца полез в салон, хотя должен был убегать, натягивая до самых подмышек штаны с распущенным ремнем. Ко мне потянулись грязные волосатые лапищи, и хотя прикасаться к немытому зловонному телу было неприятно, я увернулась и вцепилась пальцами в мясистое горло противника. Брызнула зеленоватая вспышка, наемник страшно захрипел от магического удара и плюхнулся без движения на лавку. Руки и ноги ему отказали. Он дышал, тяжело, смрадно, и пучил глаза.

Стараясь сдержать гнев, я процедила:

– Обычно я более терпима к человеческим отбросам, но сегодня у меня что-то день с самого утра не задался. И вообще последняя пара недель вышла какая-то нервная…

– Госпожа ведьма… – прохрипел он, – пощадите!

– По-ща-дить? – тихо повторила я по слогам. – Ты просишь о пощаде черную ведьму?

– У меня есть дочь…

– Продать ведьме решил? – перед глазами от гнева появилась красная пелена.

– Она сиротой останется, – промычал он.

– Что ж ты о своей сироте не подумал, когда согласился за золотые молоденькую девчонку завезти в лес?

– Бес попутал…

– В таком случае слушай внимательно, бесом попутанный… – Я уставилась ему в глаза. – С этой минуты каждый раз, когда ты будешь совершать злодеяния, твоя дочь станет видеть их во сне. Каждую мелочь и подробность, любое слово. Как будто не над жертвой ты издевался, а над ней! Ночь за ночью, до самого конца твоей никчемной жизни. Да будет так!

Я уселась обратно на скамью и щелкнула пальцами:

– Беги!

Убийца отмер. Выскочив из кареты, как пчелой укушенный, с воплем он бросился прочь. До меня донеслось, как он крякнул, вероятно, кувыркнувшись на землю.

Насланное проклятье отняло последние силы. Руки мелко тряслись, а ноги казались ватными. Теперь я понимала, что избежать магического опустошения у меня не выйдет. Без колдовства черная ведьма становилась легкой добычей для охотников. Пока осталась последняя капля сил, я прикрыла глаза и позвала единственного человека, кому могла довериться в столь уязвимом состоянии:

– Уильям, помоги! И очки прихвати из шкатулки… – добавила через паузу, вдруг осознав, что скоро стану не лучше крота.

Не знаю, сколько времени мне пришлось провести в закрытой карете. Воздух казался раскаленным и липким. Балансируя на грани сознания, слабыми пальцами я раздирала удушавший ворот платья. Сон и явь смешались, время превратилось в тягучую патоку.

Сквозь туман вдруг зазвучал знакомый голос Уильяма:

– Эльза!

Он осторожно потряс меня за плечи, заставляя приоткрыть опухшие веки. Его лицо расплывалось в неясное пятно. Значит, магии у меня не осталось.

– Мне нельзя в Кросфильд, – пробормотала я почти беззвучно.

– Во что же ты влипла, дурочка этакая? – охнул он. – Светлой богини на тебя нет!